Адрес: Россия, г. Москва, пер. Петровский, 3
Здание по адресу Петровский переулок, дом 3 — один из самых ярких театральных адресов Москвы. Построенное в XIX веке, оно стало домом для первого крупного частного театра России — театра Ф.А. Корша, открывшегося в 1885 году. Сегодня это объект культурного наследия регионального значения: нарядный терем с башенками и изразцами, который хранит память о целой эпохе русского театра. За 140 лет здание сменило шесть театральных «эпох»: от частного театра Корша до Театра наций. Менялись названия, коллективы и даже имя переулка — он трижды переименовывался. Но само здание оставалось центром театральной жизни.
Именно на этой сцене Антон Чехов впервые вышел к зрителю как драматург. Его пьеса «Иванов» была поставлена здесь в 1887 году и вызвала бурный отклик: зал был полон, публика разделилась на тех, кто шикал, и тех, кто аплодировал. Как вспоминал брат писателя Михаил Павлович, зрители ждали либо веселого фарса, либо чего-то принципиально нового — и не ошиблись: пьесу не сразу поняли, но она имела успех. Дальше — больше. Оглушительный успех ждал «Медведя»: за сезон спектакль сыграли 17 раз — это был серьезный показатель для того времени. Сам Чехов с иронией называл пьесу «дойной коровой»: гонорары помогли поправить финансовое положение семьи. В этом же театре ставили «Свадьбу», а позже, уже после смерти автора, — «Юбилей». При этом «Дядю Ваню» на этой сцене так и не увидели: Чехов отказал Коршу в разрешении на постановку.
История театра
После отмены государственной монополии на театральные зрелища в 1882 году Федор Адамович Корш одним из первых решился на смелый шаг — создать частный театр. Сначала труппа работала в Камергерском переулке, а в 1885 году переехала в новое здание, построенное всего за 110 дней. Проект создал архитектор Михаил Чичагов — мастер псевдорусского стиля. Результат получился по-настоящему сказочным: башенки, «бочечные» кровли, щипцы, изразцовые панно — настоящий нарядный терем. Финансировал стройку меценат Алексей Бахрушин: он выделил 50 тысяч рублей и землю под застройку. Театр поражал техническими новинками: здесь было электрическое освещение (в то время как в других театрах еще пользовались газом), сцена была оборудована по последнему слову техники. При этом даже гардероба не было: зрители приезжали на каретах и оставляли верхнюю одежду прямо в экипажах.
Корш придумал формат, который стал явлением: каждую пятницу — новая премьера. Новинки, часто еще не переведенные на русский, ставили после 3—4 репетиций. Критики иронично прозвали Корша «театральным фабрикантом», но публика жила ожиданием пятничной премьеры — о них говорила вся театральная Москва. Еще одно новаторство — утренники: спектакли по билетам за 20 копеек. Это открыло театр для студентов, гимназистов и мелких чиновников — для тех, кому раньше театр был недоступен. Репертуар удивлял разнообразием: ставили и русскую классику, и европейские новинки. По легенде, священник из соседней церкви жаловался Коршу на отток прихожан. На что антрепренер с улыбкой отвечал: «У меня каждую пятницу — новинка, а у вас репертуарчик старенький».
В 1917 году Корш отошел от дел из-за проблем со здоровьем. Театр прошел череду преобразований: стал Товариществом артистов, затем получил государственный статус и сменил несколько названий. Но эклектичность репертуара и отсутствие единой творческой концепции постепенно подтачивали его жизнеспособность.
31 января 1933 года здесь прошел последний спектакль. Приказом Наркомпроса театр ликвидировали, труппу распределили по московским театрам. Уже в марте здание передали МХАТу — оно стало его филиалом. Новая глава в истории здания связана с Михаилом Булгаковым. В 1934 году в филиале МХАТа начались репетиции его «Мольера» («Кабала святош»). Работа шла почти четыре года, спектакль выпустили, но уже в феврале 1936 года сняли с репертуара. После этого Булгаков покинул МХАТ. Интересно, что само здание писатель увековечил в «Театральном романе», замаскировав его под театр Шлиппе.
Одно из самых ярких событий в истории здания произошло в декабре 1955 года. На сцене филиала МХАТа играла английская труппа молодого Питера Брука — «Гамлет» с Полом Скофилдом в заглавной роли. Это были первые гастроли зарубежного театра в СССР после долгой изоляции, символ наступающей оттепели. Спектакль был аскетичен: красный ковер, подушки, минимум декораций. Скофилд играл современного интеллигента, которого волнует проблема насилия. Этот спектакль оказал огромное влияние на рождающийся «Современник».
В 1970 году художественным руководителем МХАТа стал Олег Ефремов. В филиале на улице Москвина шли постановки, которые становились событиями: Анатолий Эфрос ставил «Тартюфа» и «Живой труп», Кама Гинкас — «Тамаду», Лев Додин — «Кроткую». В 1980 году на этой сцене состоялась последняя роль Марии Бабановой — в спектакле «Все кончено» по Эдварду Олби. Актрису, уже тяжело больную, привозили на машину.
В 1987 году МХАТ раскололся на два театра. Ефремов с труппой перешел в отремонтированное историческое здание в Камергерском, а Татьяна Доронина и «раскольники» получили здание на Тверском бульваре. Филиал на улице Москвина оказался не у дел.
15 ноября 1987 года по инициативе Союза театральных деятелей создали Государственный театр дружбы народов — открытие приурочили к 70-летию Октября. Своего здания у театра не было, спектакли шли на чужих площадках. В 1992 году театр переименовали в Государственный театр наций.
В 1993 году здание бывшего Корша официально передали Театру наций. Но оно было закрыто на реконструкцию: зрительный зал разобран, на месте партера зиял котлован, фасад зеленел сорняками. Почти двадцать лет — с 1993 по 2011 — театр работал на других площадках, а «терем» Чичагова стоял в центре Москвы мертвым.
В 2006 году художественным руководителем Театра наций стал Евгений Миронов. Ему досталось здание без сцены и зрительного зала, с двадцатилетним долгостроем. Реконструкцию, обошедшуюся примерно в два миллиарда рублей, вел театральный художник Александр Боровский. Задача была непростой: совместить исторический облик творения Чичагова с современным театральным пространством. Боровский сделал цвет кирпича главным акцентом, колористика зала построилась на сочетании глубокого серого и терракоты. В подземной части наконец появился просторный гардероб — которого не было еще со времен самого Корша. Главная сцена превратилась в трансформер: ее можно адаптировать под разные режиссерские задачи. 15 сентября 2011 года обновленная центральная сцена открылась. Малая сцена заработала в январе 2013 года.
Терем Чичагова пережил революцию, войну, раскол МХАТа и два десятилетия забвения. Сегодня он снова нарядный, с башенками и изразцами — как и в день открытия. Это не просто памятник архитектуры, а живая история русского театра: здесь рождались премьеры, спорили критики, аплодировала публика и творили великие авторы.
