Дни в доме Цыбукина проходили в заботах. Еще солнце не всходило, а Аксинья уже фыркала, умываясь в сенях, самовар кипел к кухне и гудел, предсказывая что-то недоброе. Старик Григорий Петров, одетый в длинный черный сюртук и ситцевые брюки, в высоких ярких сапогах, такой чистенький, маленький, похаживал по комнатам и постукивал каблучками, как свекор-батюшка в известной песне. Отпирали лавку.
Повесть «В овраге»
Так начинается день в семье Цыбукиных в повести А.П. Чехова «В овраге» (1900). В этих строках автор отсылает читателя к распространенной русской народной песне «Спится мне, младешенькой, дремлется...», которая начинается словами: «Свекор-батюшка по сеничкам похаживает, / Сердитый по новым погуливает». Комментарий кажется забавной бытовой зарисовкой, но у Чехова почти каждая отсылка работает глубже, чем выглядит. Григорий Цыбукин — «чистенький, маленький», с ситцевыми брюками и яркими сапогами — комичен внешне. Но сравнение со «сердитым» свекром из песни тревожит: песенный свекор стучит и гремит, «снохе спать не дает», он вгоняет молодую женщину в страх и бессонницу.
В этой параллели весь замысел повести. Цыбукины — «уважаемая семья»: лавка, дрожки, опрятный хозяин, работающие на них косари из чужих деревень, которым не платят до утра, «чтобы не ушли». Но за фасадом приличий — жестокий семейный мир. Когда старик завещает землю Бутекино внуку Никифору, Аксинья, жена глухого Степана, швыряет ключи к ногам свекра, кричит, что в доме «одна шайка», и в ту же минуту, с наивной улыбкой, плещет ковш кипятка на младенца Липы. Ребенка свозят в земскую больницу — к вечеру он умирает. Похоронив Никифора, Аксинья выгоняет Липу из дома, а старик виноватой делает саму Липу: «не уберегла ты внучка». При этом все свои силы он тратит на хлопоты о сыне: Анисим осужден на каторгу за подделку и сбыт фальшивых денег, и Цыбукин ездит в город, подает прошения, норовит все уладить деньгами. «В овраге» — повесть о том, как деньги разъедают родство и сострадание, и песенный свекор, похаживающий по сеничкам, — первый намек на то, что старшие обернутся для молодой женщины в этом доме бедой.
Работает и звуковой рисунок: «постукивал каблучками» — почти дословная перекличка с припевом «стучит — гремит...». Утро Цыбукиных звучит как начало той самой песни, только в реальном доме. В финале повести Чехов доводит фольклорный мотив до конца: по селу ходят слухи, что невестка выгнала старика из собственного дома, и он кормится подаяниями. Финальная сцена — нищий свекор в шубе у церковных ворот, и Липа, ушедшая из его дома, подает ему кусок пирога с кашей. Свекор из песни, который похаживал по сеничкам и гремел, сам оказывается тем, кого гонят.
История песни
Автор песни неизвестен, она принадлежит устной народной традиции. Считается, что она существовала в фольклоре задолго до первых печатных фиксаций и жила во множестве местных вариантов. Известность песне принес фольклорист Павел Васильевич Шейн (1826—1900) — один из крупнейших собирателей русского песенного наследия, записавший в общей сложности более 2500 великорусских и 3000 белорусских песен. «Спится мне, младешенькой» вошла в его сборник как песня тверская, с тем самым зачином, который потом процитировал Чехов.
А дальше случилось то, что бывает с удачными фольклорными находками: песня стала частью литературы. Н.А. Некрасов включил ее в главу «Крестьянка» поэмы «Кому на Руси жить хорошо» — ее поет Матрена Тимофеевна, и в поэме песня звучит не как вставной номер, а как подлинная голосовая ткань крестьянской жизни. Через несколько лет к ней обратился и Чехов.
Интересные факты
- Три лика одного напева. В полной народной версии в песне три части: сначала по сеничкам похаживает свекор, затем свекровь, и лишь в финале — «мил-любезный», который не гонит, а убаюкивает: «Спи, спи, моя ласточка... Не сонливая, не дремливая, работящая».
- Уменьшительные как диагноз. «Батюшка», «матушка», «сенички», «подушечка» — ласковые формы здесь не смягчают картину, а подчеркивают горечь: за суффиксами прячется повседневная тирания большой крестьянской семьи.
- У Некрасова в «Кому на Руси жить хорошо» фольклорные напевы в главе «Крестьянка» передают судьбу крестьянки — от свадьбы до побоев; песня о свекре вплетена в этот общий хор.
- Песня продолжает звучать и в наши дни: в записях протяжных песен русских сел она сохранилась в самостоятельных местных вариантах.
- У Чехова фольклорная отсылка работает и как сюжетный сигнал: сначала стучит свекор — в конце сам свекор стоит нищим у церковных ворот. Круг замкнулся.
Полный текст песни (в записи П.В. Шейна)
Спится мне, младешенькой, дремлется,
Клонит мою головушку на подушечку;
Свекор-батюшка по сеничкам похаживает,
Сердитый по новым погуливает.
Стучит — гремит, стучит — гремит,
Снохе спать не дает:
«Встань, встань, встань ты, сонливая!
Встань, встань, встань ты, дремливая!
Сонливая, дремливая, неурядливая!»Спится мне, младешенькой, дремлется,
Клонит мою головушку на подушечку;
Свекровь-матушка по сеничкам похаживает,
Сердитая по новым погуливает.
Стучит — гремит, стучит — гремит,
Снохе спать не дает:
«Встань, встань, встань ты, сонливая!
Встань, встань, встань ты, дремливая!
Сонливая, дремливая, неурядливая!»Спится мне, младешенькой, дремлется,
Клонит мою головушку на подушечку;
Мил-любезный по сеничкам похаживает,
Легохонько, тихохонько поговаривает:
«Спи, спи, спи ты, моя умница,
Спи, спи, спи ты, разумница!
Не сонливая, не дремливая, работящая!»
Текст песни приводится по записи П.В. Шейна в пересказе А.А. Коринфского; в разных губерниях слова слегка варьируются.