Подняли крышку у рояля, села какая-то дама, щуря свои близорукие глаза на ноты, и к роялю подошла моя Маша, разодетая, красивая, но красивая как-то особенно, по-новому, совсем не похожая на ту Машу, которая весной приходила ко мне на мельницу; она запела: «Отчего я люблю тебя, светлая ночь?»
За все время нашего знакомства это в первый раз я слышал, как она пела. У нее был хороший, сочный, сильный голос, и, пока она пела, мне казалось, что я ем спелую, сладкую, душистую дыню. Вот она кончила, ей аплодировали, и она улыбалась очень довольная, играя глазами, перелистывая ноты, поправляя на себе платье, точно птица, которая вырвалась, наконец, из клетки и на свободе оправляет свои крылья. Волосы у нее были зачесаны на уши, и на лице было нехорошее, задорное выражение, точно она хотела сделать всем нам вызов или крикнуть на нас, как на лошадей: «Эй, вы, милые!» И, должно быть, в это время она была очень похожа на своего деда-ямщика.
Повесть «Моя жизнь»
Cцена, в которой Маша Должикова поет романс Чайковского — одна из кульминационных в повести Чехова «Моя жизнь» (1896). Мисаил Полознев, от лица которого ведется повествование, приходит на репетицию любительского спектакля в дом Ажогиных — и впервые слышит, как поет его жена. Мария Викторовна Должикова, ученица Петербургской консерватории, некогда певшая в частной опере, исполняет романс Петра Ильича Чайковского «Ночь» на слова Якова Полонского. Чехов не описывает музыкальную сторону исполнения — он отдает весь отрывок характеристике певицы, ее «хорошего, сочного, сильного голоса» и, главное, того «нехорошего, задорного выражения», которое появляется на ее лице после пения.
Контраст между возвышенным текстом романса — ночным раздумьем о любви и одиночестве — и земным, почти вызывающим поведением героини говорит больше, чем любой прямой авторский комментарий. Маша «улыбается очень довольная», «играет глазами», «поправляет платье» — она не переживает содержание романса, а наслаждается собственным успехом, «точно птица, которая вырвалась, наконец, из клетки». И последнее сравнение — «должно быть, в это время она была очень похожа на своего деда-ямщика» — мгновенно переводит сцену из возвышенного регистра в бытовой, почти низменный. Мисаил же, слушая, чувствует не возвышение, а вкус «спелой, сладкой, душистой дыни» — синестезия, в которой высокое искусство превращается в чувственное, телесное наслаждение.
Сразу после пения Маша объявляет, что уезжает в Петербург. Романс звучит как прощание — хотя сама Маша еще не знает этого (или знает, но не говорит). Чехов строит сцену так, что музыкальный момент становится точкой невозврата: после него Маша уезжает, а Мисаил остается — и его жизнь в Дубечне теряет всякий смысл.
Исследователь Е.Е. Балабанович отмечала, что Чехов «чрезвычайно любил музыку Чайковского и, не умея играть на рояле, все же, хотя одним пальцем, постоянно наигрывал Пятую симфонию». А Потапенко, близкий друг Чехова, вспоминал, что именно романс «Ночь» Чехов заказывал слушать в Мелихове.
Стихотворение «Ночь» Якова Полонского
Отчего я люблю тебя, светлая ночь, —
Так люблю, что, страдая, любуюсь тобой!
И за что я люблю тебя, тихая ночь!
Ты не мне, ты другим посылаешь покой!..Что мне звезды — луна — небосклон — облака —
Этот свет, что, скользя на холодный гранит,
Превращает в алмазы росинки цветка,
И, как путь золотой, через море бежит?Ночь! — за что мне любить твой серебряный свет!
Усладит ли он горечь скрываемых слез,
Даст ли жадному сердцу желанный ответ,
Разрешит ли сомненья тяжелый вопрос!Что мне сумрак холмов — трепет сонный листов —
Моря темного вечно-шумящий прибой —
Голоса насекомых во мраке садов —
Гармонический говор струи ключевой?Ночь! — за что мне любить твой таинственный шум!
Освежит ли он знойную бездну души,
Заглушит ли он бурю мятежную дум —
Все, что жарче впотьмах и слышнее в тиши!Сам не знаю, за что я люблю тебя, ночь, —
Так люблю, что, страдая, любуюсь тобой!
Сам не знаю, за что я люблю тебя, ночь, —
Оттого, может быть, что далек мой покой!
Стихотворение было написано в 1850 году и впервые опубликовано в 1851-м. Яков Петрович Полонский в это время служил в Тифлисе, в канцелярии кавказского наместника М.С. Воронцова, и одновременно редактировал газету «Закавказский вестник». Существуют разные мнения о месте создания стихотворения: одни исследователи относят его к «кавказскому циклу», другие — к крымскому периоду, поскольку Полонский в 1850 году приезжал в Крым для лечения.
Стихотворение построено как внутренний монолог-исповедь: лирический герой обращается к ночи с вопросом «отчего я люблю тебя?» — и не находит ответа. Кольцевая композиция (первая и последняя строфы повторяют мотив «страдая, любуюсь тобой») подчеркивает замкнутость душевных переживаний. Ночь предстает в разных ипостасях — «светлая», «тихая», «таинственная» — но герою она не приносит покоя: «Ты не мне, ты другим посылаешь покой!» Все красоты ночного пейзажа — звезды, луна, росинки, золотой путь по морю, шум прибоя, голоса насекомых — лишь обостряют одиночество. Финальное «Оттого, может быть, что далек мой покой!» — не ответ, а признание бессилия: человек любит ночь именно потому, что в ней нет утешения, а лишь отражение его собственной беспокойной души.
Полонский познакомился с Чайковским в 1870-е годы. Поэт подарил композитору несколько сборников своих стихотворений, а Чайковский написал музыку к его произведениям — не только к «Ночи», но и к «Песне цыганки», «Мой ум подавлен был тоской», «Ангел». Полонский также написал либретто к опере Чайковского «Черевички» по гоголевскому «Ночью перед Рождеством».
Более 130 стихотворений Полонского положены на музыку — среди композиторов, обращавшихся к его текстам, Чайковский, Даргомыжский, Рахманинов, Танеев, Рубинштейн. Но именно «Ночь» в музыке Чайковского стала, пожалуй, самым известным воплощением полонского стиха.
История создания романса
Романс «Ночь» входит в опусе 60 (op. 60) — цикл из двенадцати романсов, написанных Чайковским в 1886 году. Это самое масштабное собрание вокальной лирики композитора: ни один другой опус не содержит такого количества романсов.
Создание op. 60 было инициировано не самим композитором, а императрицей Марией Федоровной. Весной 1886 года она лично выразила желание получить посвященное ей сочинение Чайковского, обратившись к нему через великого князя Константина Константиновича (поэта К.Р.), который был близко знаком с композитором. Чайковский вспоминал: «Императрица желала бы, чтобы я ей посвятил один романс...». Но композитор решил не ограничиться одним романсом: сначала он сочинил десять, затем «решил сочинить еще новых два» — итого двенадцать.
Работа над циклом шла с 19 августа по 8 сентября 1886 года — необыкновенно быстро для такого объема. Чайковский писал Н.Ф. фон Мекк 3 сентября 1886 года: процесс создания op. 60 нашел отражение в его личном дневнике, но композитор почти не обозначал в записях названия отдельных романсов.
Op. 60 посвящен императрице Марии Федоровне. В цикл вошли романсы на стихи А. Хомякова, А. Фета, А. Плещеева, Я. Полонского, А. Апухтина, Н. Некрасова. Сквозным образом всего опуса стала ночь — исследователи отмечают, что образ ночи доминирует в этой серии, включающей двенадцать романсов на стихи разных поэтов. Е.М. Орлова обращает внимание на то, что «ночь» — центральный, объединяющий образ всего опуса: от мистического «переживания ночи» в романсе «Вчерашняя ночь» (№ 1, на слова Хомякова) до трагического «беспросветного душевного мрака» в «Ночи» Полонского (№ 9).
Музыкальный строй романса
«Ночь» — № 9 в опусе 60. Тональность — соль минор. Романс написан для голоса с фортепиано и существует в вариантах для сопрано или тенора, а также для контральто или баритона.
Романс «Ночь» представляет собой настоящую маленькую поэму для голоса с фортепиано. Музыковед Е.М. Орлова называет его «вокальной элегией» — произведением, в котором музыкальный образ развит симфонически, хотя композитор пользуется фактически одной темой.
Истоком всей музыки служит фортепианное вступление — неуклонно нисходящая мелодия с задержаниями. Это нисходящее движение — интонация скорбного раздумья, «вопроса-признания», которая пронизывает весь романс. Мягкая задумчивая интонация вопроса — «Отчего я люблю тебя...» — повторяется несколько раз с небольшими вариантами, каждый раз углубляясь.
В основе романса лежит одна тема, но Чайковский развивает ее так, что она не кажется монотонной. Повторения темы всякий раз окрашиваются по-новому: меняется гармония, регистр, динамика. Мелодия движется преимущественно вниз, словно голос героя, обращающегося к ночи, постепенно теряет силы.
Исследователь отмечает: в романсе «Ночь» Чайковский рисует картину человеческого одиночества настолько автобиографически, что даже воспроизводит в фортепианной партии звук каминных часов, стоявших в доме композитора в Клину. Эта бытовая деталь, вплетенная в музыкальную ткань, придает романсу характер интимного дневникового признания.
Романс отличается большей сосредоточенностью и углубленностью выражения по сравнению с соседним по опусу романсом «Ночи безумные» на слова Апухтина, в котором чувствуется отзвук цыганской мелодики. «Ночь» Полонского — это не надрыв, а тихое, неотпускающее страдание.
Заключение возвращает к начальному образу — нисходящей мелодии фортепианного вступления. Круг замыкается: вопрос «отчего я люблю тебя, ночь?» остается без ответа, и музыка, как и стихотворение Полонского, растворяется в тишине.
Чехов и романс «Ночь»
Чехов не случайно выбрал для Маши Должиковой именно романс «Ночь». Стихотворение Полонского говорит о человеке, который любит ночь, потому что «далек мой покой», — то есть о внутреннем беспокойстве, о неспособности обрести гармонию. Маша Должикова — именно такой человек: талантливая, живая, «богато одаренная», но не способная найти покой ни в деревне, ни в браке, ни в музыке.
Но Чехов показывает, что для Маши романс — не исповедь, а исполнительский номер. Она поет «сочным, сильным голосом», получает аплодисменты, улыбается — и в этом «нехорошем, задорном выражении» на ее лице открывается характер, который Мисаил не хотел (или не мог) видеть. Романс Чайковского, который Чехов особенно любил, становится у Маши маской, за которой скрывается душевная пустота — или, точнее, душевная подвижность, неспособность к глубокому переживанию. Как пишет исследователь: «Мы видим, как чужд Маше один из наиболее проникновенных романсов Чайковского. Эта деталь лучше всего показывает нам пустоту, душевную бедность героини повести».
В этом — глубоко чеховский прием: музыкальное произведение используется не для того, чтобы возвысить героя, а для того, чтобы обнажить его. Контраст между красотой романса и поведением певицы — контраст, который Чайковский вряд ли мог предвидеть, но который Чехов делает структурообразующим элементом сцены — говорит о Маше больше, чем страницы прямого описания.
После сцены пения Маша уезжает в Петербург, а оттуда — в Америку. Романс «Ночь», прозвучавший в доме Ажогиных, становится ее прощанием с Мисаилом, с городом, с той жизнью, в которую она «забылась до такой степени, что даже увлеклась одним из этих людей и больше полугода была его женой». И финальные слова Мисаила — «Милая моя Маша, великолепная Маша...» — звучат как эхо романса, как последний отзвук музыки, которая для одного была жизнью, а для другой — лишь эпизодом.
Петр Ильич Чайковский
Яков Петрович Полонский